Искусство в эпоху мустье(средний палеолит) тесно связано с зарождающимися религиозными представлениями и ритуалами. Среди небольшого количества найденных предметов этого времени, носящих следы искусственной обработки и не являющихся орудиями труда или охоты, чаще всего встречаются изготовленные из костей или зубов животных амулеты, из которых могли быть составлены целые ожерелья или браслеты.

Большую роль в реконструкции идеологических представлений членов первобытного общества играют неандертальские погребения.
Первые останки, дошедшие до нас в непотревоженном состоянии, датируются ашельским и мустьерским временем и принадлежат неандертальцам. Почти все они обнаружены на периферии пещерных жилищ, в неглубоких ямах, вырытых в культурном слое или выдолбленных в каменном полу пещеры и засыпанных землей.

В неандертальских погребениях видят одно из доказательств зарождения социальных связей (забота об умерших, стремление преодолеть некрофагию поедание мертвецов ).
Но это не единственное возможное объяснение мотивов неандертальских погребений.

Археологами было обращено на тот факт, что костяки захоронений ориентированы как правило на восток-запад, то есть их положение связано с движением солнца. Советский археолог А.П.Окладников, раскопавший останки мальчика-неандертальца в пещере Тешик-Тиш в Узбекистане, обнаружил, что вокруг него были уложены в определенном порядке рога горного козла. Сопоставив это с солнечной ориентацией, он выдвинул предположение, что подобная отличительная особенность погребения связана с зачатками солнечного культа.

Новейшие археологические данные подтверждают гипотезу о зарождении в коллективах неандертальцев зачатков религии. В пещере Базуа на северо-западе Италии найден напоминающий животное сталагмит. В пещере Регурду на юго-западе Франции обнаружено несколько искусственных сооружений из камня, в которых были погребены кости бурого медведя. Эти открытия позволяют думать, что неандертальцу были не чужды какие-то элементы магии.

Наиболее примитивные и архаичные формы религии: тотемизм, магия, фетишизм и анимизм.

Тотемизм обычно определяют как веру в существование родственной связи между какой-либо группой людей (племя, фратрия, род) и определенным видом животных, растений или иных явлений природы. Многие тотемные племена верят, что после смерти каждый человек обращается в животное своего тотема и что, следовательно, каждое животное — умерший родственник. Тотемические верования существуют не в виде абстрактных представлений, а в форме системы жизнедеятельности людей, их повседневных поступков, их отношений с окружающей средой, с другими людьми. Важнейшим составным элементом этой жизнедеятельности является тотемическая обрядность. Значительное место в этой обрядности занимают многочисленные действия по поклонению тотему, его умилостивлению и приобщению к нему. С этой обрядностью связаны все важные этапы в жизни человека: рождение, посвящение (введение юноши в число взрослых охотников), смерть. В процессе этой обрядности происходила социализация индивида, освоение им обычаев, традиций, навыков своей общины. Поэтому тотемизм нельзя просто рассматривать как совокупность верований и обрядов, а как вторичный социальный институт, производный от института рода

Наряду с тотемизмом  значительное место в жизнедеятельности первобытного человека занимала магия— совокупность представлений и обрядов, в основе которых лежит вера в таинственные силы, с помощью которых путем определенных символических действий возможно оказать влияние на людей, предметы, ход событий в нужном для человека направлении. Первобытный человек предварял свое участие в охоте на зверя целой системой магических обрядов. Так, перед охотой на медведя или оленя совершались магические репетиционные действия, в процессе которых охотники стреляли в чучело или иное изображение этого зверя. И если они удачно стреляли в эти изображения, то верили, что в реальной охоте у них будет положительный результат. Во время этих репетиционных действий совершались ритуальные танцы, имитирующие телодвижения охотника во время выслеживания зверя, погони и т. д

Фетишем может стать любой предмет, почему-то поразивший воображение человека: камень необыкновенной формы или расцветки, зуб животного, кусок дерева и т. д. Как отмечал российский этнограф Л. Штернберг: «У первобытного человека фетиши встречаются везде: они встречаются на каждой тропинке, у каждого брода, на каждой двери, они висят в виде амулетов на шее каждого человека, они предохраняют от болезни, или наоборот, причиняют ее в случае пренебрежения к ним, приносят дождь, наполняют водоемы рыбой, ловят и наказывают воров, придают храбрость, приводят в смятение неприятеля и т. д.» Одной из разновидностей фетишизма является идолопоклонство. Идол — это материальный предмет, которому придана форма человека или животного. Этот предмет наделяется таинственной силой воздействия.

Еще одним из распространенных верований и, связанных с ними символических действий первобытного человека, является анимизм— вера в существование духов и души. Этнографы склонны объяснять появление этого мира духов вполне естественными причинами. Появление этого мира обусловлено, по их мнению, своеобразным истолкованием первобытным человеком целого ряда оптических и акустических явлений: теней, эха, отражений, шумов и т. д.

О спорных моментах и гипотезах. Вряд ли это то, что нужно. Но вдруг.
(с АНТРОПОГЕНЕЗ РУ между прочим! Из книги Л.Б.Вишняцкого)

Ни само по себе существование захоронений, ни даже существование представлений о «жизни после смерти» не обязательно означает существование идеи сверхъестественного, потустороннего, идеи некоего высшего начала или начал, от воли которых человек зависит и которым должен поэтому поклоняться. Иными словами, не обязательно означает существование религии. Мы не знаем (и, возможно, никогда не узнаем) был ли неандертальский погребальный ритуал хоть как-то связан с религией, как не знаем и того, включало ли вообще мировоззрение и поведение людей среднего палеолита – идёт ли речь о неандертальцах или гомо сапиенс – какие-то компоненты, которые можно было бы назвать религиозными. Попытки обнаружить свидетельства такого мировоззрения и следы такого поведения предпринимались не раз, и не раз на весь мир объявлялось, что искомые доказательства найдены, но в итоге неизменно оказывалось, что желаемое было принято за действительное, а реконструкции выданы за факты.
Примером может служить история с «открытием» у неандертальцев культа пещерного медведя. Предположительные свидетельства его существования в виде сгруппированных особым образом черепов и других костей этого животного были обнаружены в начале прошлого века в ряде пещер Центральной Европы. Особенно большую роль в становлении рассматриваемой гипотезы сыграла пещера Драхенлох в Швейцарии. Местным жителям давно было известно, что в ней находят огромные кости (отсюда, вероятно, и название «Драконова»), и раскопки Э. Бэхлера, проведённые в 1918-1921 гг., это подтвердили. Бэхлер обнаружил в Драхенлохе многочисленные скелетные останки пещерных медведей, включая десятки хорошо сохранившихся черепов. Его внимание привлекла явная упорядоченность в расположении черепов и некоторых других костей: они лежали вдоль стен и в нишах. Особенно же примечательно было наличие конструкции наподобие ящика в метр высотой, из крупных плит известняка, внутри которого находилось несколько медвежьих черепов, ориентированных сходным образом. Позднее похожая картина (разве что без «ящиков») была зафиксирована ещё в ряде пещер: Петерсхёле в Германии, Вильденманнислох в Швейцарии и т.д. Всё это, по мнению Бэхлера и многих его современников и единомышленников, доказывало, что в «медвежьих пещерах» совершались культовые жертвоприношения и/или магические ритуалы, а совершали их неандертальцы.
Нашлись, однако, как водится, и скептики. Они обратили внимание на множество несообразностей и противоречий в публикациях Бэхлера, а также на то обстоятельство, что самые важные факты, приводимые им и другими исследователями в пользу существования у неандертальцев «медвежьего культа», по сути, ничем не подтверждены и не могут быть проверены. Взять хоть каменный «ящик» с черепами из Драхенлоха. Как проверить, существовал ли он в действительности? Увы, никак. Фотографий нет, а сама эта конструкция (или то, что за неё принималось) в ходе раскопок была разрушена рабочими. Ещё хуже то, что её рисунки, опубликованные в разных трудах Бэхлера, не соответствуют один другому. Так, на рисунке в ранней публикации (1921 г.) в ящике лежат два черепа, обращённые на юг, а на рисунке в поздней публикации (1940 г.) черепов уже шесть, и обращены они на восток. Есть и множество других расхождений.
В принципе, конечно, вполне возможно, что в среднем палеолите, помимо человеческих захоронений, практиковалось иногда и захоронение животных, или отдельных частей их скелетов, и что оно носило ритуальный, культовый характер. Однако доказать это пока никому не удалось. Может быть, всё дело в том, что наиболее красноречивые свидетельства «медвежьего культа» были открыты слишком рано, когда ещё не существовало адекватных методов их изучения и фиксации. Либо в том, что по случайному стечению обстоятельств эти свидетельства попали в руки недостаточно квалифицированных исследователей и были ими загублены. А может быть, причина просто в том, что никаких свидетельств на самом деле и не существовало. Так или иначе, но во всех без исключения случаях, для которых предполагалась символическая упорядоченность черепов и иных костей, объяснить характер залегания находок можно (и притом гораздо проще) действием естественных, биологических и геологических процессов, так что вопрос о существовании у неандертальцев культа пещерного медведя остается пока открытым.